Синдром аспергера что


Синдром Аспергера

Синдром Аспергера – общее нарушение развития, относящееся к высокофункциональному аутизму, при котором способность к социализации остается относительно сохранной. Согласно принятой в современной психиатрии классификации, синдром Аспергера входит в пятерку нарушений аутистического спектра, наряду с ранним детским аутизмом (синдромом Каннера), детским дезинтегративным расстройством, синдромом Ретта, неспецифическим первазивным нарушением развития (атипичным аутизмом). По данным зарубежных авторов, признаки, удовлетворяющие критериям синдрома Аспергера, встречаются у 0,36-0,71 % школьников, при этом у 30-50 % детей данный синдром остается не диагностированным. Синдром Аспергера в 2-3 раза чаще встречается среди мужского населения.

Синдром был назван по имени австрийского педиатра Ханса Аспергера, наблюдавшего группу детей со сходными симптомами, которые он сам охарактеризовал как «аутистическая психопатия». С 1981 г. за данным расстройством в психиатрии было закреплено название «синдром Аспергера». Дети с синдромом Аспергера имеют слабо развитые способности к социальному взаимодействию, поведенческие проблемы, трудности с обучением, в связи с чем требуют повышенного внимания со стороны педагогов, детских психологов и психиатров.

Синдром Аспергера

Изучение причин синдрома Аспергера продолжается до настоящего времени и далеко от своего завершения. До сих пор не выявлены первичный морфологический субстрат и патогенез заболевания.

В качестве рабочей гипотезы выдвигается предположения об аутоиммунной реакции материнского организма, вызывающей повреждение головного мозга плода. Много разговоров ведется о негативных последствиях профилактических прививок, отрицательном влиянии ртутьсодержащих консервантов в вакцинах, а также комплексной вакцинации, якобы перегружающей иммунную систему ребенка. Не нашла до настоящего времени достоверного научного подтверждения и теория гормонального сбоя у ребенка (низкого или высокого уровня кортизола, повышенного уровня тестостерона); изучается связь между аутистическими расстройствами, в т. ч. синдромом Аспергера, и недоношенностью, синдромом дефицита внимания и гиперактивности.

Вероятными факторами риска развития синдрома Аспергера называются генетическая предрасположенность, мужской пол, воздействие токсических веществ на развивающийся плод в первые месяцы беременности, внутриутробные и постнатальные вирусные инфекции (краснуха, токсоплазмоз, цитомегалия, герпес и др.).

Синдром Аспергера является сложным общим (первазивным) нарушением, накладывающим отпечаток на все стороны личности ребенка. Структура расстройства включает трудности социализации, узконаправленные, но интенсивные интересы; особенности речевого профиля и поведения. В отличие от классического аутизма, у детей с синдромом Аспергера имеется средний (иногда выше среднего) интеллект и определенная лексикографическая база.

Обычно характерные для синдрома Аспергера признаки становятся заметными к 2-3 годам и могут варьировать от умеренных до тяжело выраженных. В младенческом возрасте синдром Аспергера может проявляться повышенным спокойствием ребенка или, напротив, раздражительностью, подвижностью, нарушением сна (затрудненным засыпанием, частыми пробуждениями, чувствительным сном и пр.), избирательностью в питании. Рано проявляются специфические для синдрома Аспергера нарушения общения. Дети, посещающие детский сад, с трудом расстаются с родителями, плохо адаптируются к новым условиям, не играют с другими детьми, не вступают в дружеские отношения, предпочитая держаться обособленно.

Трудности адаптации делают ребенка уязвимыми перед лицом инфекций, поэтому дети с синдромом Аспергера относятся к категории часто болеющих. В свою очередь, это еще больше ограничивает социальное взаимодействие детей со сверстниками, и к школьному возрасту признаки синдрома Аспергера становятся ярко выраженными.

Расстройство социального поведения у детей с синдромом Аспергера проявляется в нечувствительности к эмоциям и чувствам других людей, выраженным мимикой, жестами, оттенками речи; неспособности к выражению собственного эмоционального состояния. Поэтому дети с синдромом Аспергера часто кажутся эгоцентричными, черствыми, эмоционально холодными, бестактными, непрогнозируемыми в своем поведении. Многие из них плохо переносят прикосновения других людей, практически не смотрят в глаза собеседнику либо смотрят необычным фиксированным взглядом (как на неодушевленный предмет).

Наибольшие сложности ребенок с синдромом Аспергера испытывает при общении со своими сверстниками, предпочитая общество взрослых или детей младшего возраста. Во время взаимодействия с другими детьми (совместных игр, решения задач) ребенок с синдромом Аспергера старается навязать окружающим свои правила, не идет на компромисс, не может сотрудничать, не принимает чужие идеи. В свою очередь, детский коллектив также начинает отторгать такого ребенка, что приводит еще большей социальной изоляции детей с синдромом Аспергера. Подростки тяжело переносят свое одиночество, у них может наблюдаться депрессия, склонность к суициду, наркотической и алкогольной зависимости.

Особенности интеллекта и вербального общения у детей с синдромом Аспергера

Коэффициент интеллекта у детей с синдромом Аспергера может находиться в пределах возрастной нормы или даже превышать ее. Однако при обучении детей выявляется недостаточный уровень развития абстрактного мышления и способности к осмыслению, отсутствие навыка самостоятельного решения задач. При наличии феноменальной памяти и энциклопедических познаний, дети порой не могут адекватно применить свои знания в нужных ситуациях. Вместе с тем, дети-аспергеры часто добиваются успехов в тех областях, которыми увлеченно интересуются: обычно это история, философия, география, математика, программирование.

Круг интересов ребенка с синдромом Аспергера ограничен, однако своим увлечениям они отдаются страстно и фанатично. При этом они чрезмерно сосредотачиваются на деталях, концентрируются на мелочах, «зацикливаются» на своем хобби, постоянно пребывают в мире своих мыслей и фантазий.

У детей с синдромом Аспергера не отмечается темповой задержки развития речи, и к 5-6 годам их речевое развитие значительно опережает сверстников. Речь ребенка с синдромом Аспергера грамматически правильная, но отличается медленным или ускоренным темпом, монотонностью и неестественным тембром голоса. Излишняя академичность и книжный стиль речи, наличие речевых шаблонов способствуют тому, что ребенка часто называют «маленьким профессором».

Дети с синдромом Аспергера могут очень долго и подробно рассказывать об интересующем их предмете, не отслеживая при этом реакцию собеседника. Зачастую они не способны первыми начать разговор и поддержать беседу, выходящую за область их интересов. То есть, несмотря на потенциально высокие навыки речи, дети не способны использовать язык в качестве средства коммуникации. У детей с синдромом Аспергера часто встречается семантическая дислексия – механическое чтение без понимания прочитанного. При этом дети могут иметь повышенные способности к письменному изложению своих мыслей.

Особенности сенсорной и моторной сферы детей с синдромом Аспергера

Детей с синдромом Аспергера характеризует расстройство сенсорной чувствительности, которое проявляется в повышенной восприимчивости к различным визуальным, звуковым, тактильным стимулам (яркому свету, звуку капающей воды, уличному шуму, прикосновениям к телу, к голове и др.). С самого детства аспергеров отличает излишняя педантичность и стереотипность поведения. Дети изо дня в день следуют рутинным ритуалам, а любое изменение условий или порядка действий приводит их в замешательство, вызывает тревогу и беспокойство. Очень часто дети с синдромом Аспергера имеют строго определенные гастрономические пристрастия и категорически отрицают любые новые блюда.

Ребенок с синдромом Аспергера может иметь необычные навязчивые страхи (боязнь дождя, ветра и др.), которые отличаются от страхов детей их возраста. При этом в опасных ситуациях у них может отсутствовать инстинкт самосохранения и необходимая осторожность.

Как правило, у ребенка с синдромом Аспергера нарушены моторные навыки и координация движений. Они дольше, чем сверстники, не могут научиться застегивать пуговицы и завязывать шнурки; в школе имеют неровный, неаккуратный почерк, из-за чего получают постоянные замечания. У детей-аспергеров могут наблюдаться стереотипные навязчивые движения, неуклюжесть, нарушения осанки и походки.

Черты синдрома Аспергера у ребенка могут быть обнаружены родителями, воспитателями, учителями, врачами различных специальностей, наблюдающими за развитием детей (педиатром, детским неврологом, логопедом, детским психологом и др.). Однако окончательное право подтверждения диагноза остается за детским или подростковым психиатром. В диагностике синдрома Аспергера широко используются методы анкетирования, интервьюирования родителей и педагогов, наблюдения за ребенком, нейропсихологические тесты. Критерии диагностики синдрома Аспергера разработаны ВОЗ и позволяют оценить способность ребенка к различным видам социальных контактов.

Для исключения органических заболеваний головного мозга может потребоваться проведение неврологической диагностики (ЭЭГ, МРТ головного мозга).

Специального лечения синдрома Аспергера не существует. В качестве фармакологической поддержки в индивидуальном порядке могут назначаться психотропные препараты (нейролептики, психостимуляторы, антидепрессанты). Немедикаментозная терапия включает тренинги социальных навыков, ЛФК, занятия с логопедом, когнитивно-поведенческую психотерапию.

Успешность социальной адаптации детей с синдромом Аспергера во многом зависит от организации правильного психолого-педагогического сопровождения «особого» ребенка на различных этапах его жизни. Несмотря на то, что дети с синдромом Аспергера могут посещать общеобразовательную школу, они нуждаются в индивидуализированных условиях обучения (организации стабильной среды, создании мотивации, способствующей академическим успехам, сопровождении тьютора и др.).

Нарушение развития полностью не преодолевается, поэтому ребенок с синдромом Аспергера вырастает во взрослого с такими же проблемами. Во взрослом возрасте треть больных с синдромом Аспергера способны жить самостоятельно, создавать семью, трудиться на обычной работе. У 5% лиц проблемы социальной адаптации полностью компенсируются и могут быть выявлены только с помощью нейропсихологического тестирования. Особо успешными оказываются люди, нашедшие себя в интересующих областях, где они показывают высокий уровень компетентности.

www.krasotaimedicina.ru

Синдром Аспергера: 5 возможных клинических симптомов и 3 направления лечения

Когда вы встречаете ребёнка с синдромом Аспергера, можно сразу обнаружить две вещи. Он не отстаёт в развитии от других детей, но у него имеются проблемы с социальными навыками. У такого ребёнка наблюдается тенденция к навязчивой концентрации на одной теме или к воспроизведению одной и той же манипуляции снова и снова.

Долгое время специалисты выделяли синдром Аспергера как самостоятельное заболевание. Сегодня он больше таковым не является. Синдром Аспергера — это часть более обширной категории, называемой расстройством аутистичекого спектра. Это нарушения нервной системы, характеризующиеся трудностями с коммуникацией и социальным взаимодействием, стереотипными и повторяющимися моделями действий и неравномерным умственным развитием, часто с когнитивными недостатками.

При синдроме Аспергера проявления менее выражены, чем при других типах расстройства спектра аутизма.

Синдром получил своё название в честь доктора Ханса Аспергера, педиатра из Австрии. В 1944 году он впервые описал это состояние. Доктор рассказал о четырёх мальчиках; у них наблюдалось «отсутствие сопереживания, слабая способность формировать дружеские отношения, разговор с самим собой, глубокое «погружение» в интересующий объект и неуклюжие движения». Из-за их навязчивых интересов и осведомленности о конкретных предметах он называл мальчиков «маленькими профессорами».

Многие эксперты сегодня обращают внимание на особые таланты и положительные аспекты болезни Аспергера и полагают, что это расстройство подразумевает другой, но не обязательно дефектный образ мышления. Положительные черты людей с синдромом Аспергера были названы полезными во многих профессиях и включают:

  • повышенную способность сконцентрироваться на деталях;
  • упорство в конкретных интересующих вопросах, не поколебавшись;
  • способность работать самостоятельно;
  • выделение деталей, которые могут быть упущены другими;
  • интенсивность и оригинальность мышления.

Хотя поставить диагноз болезнь Аспергера невозможно без прямого тестирования и наблюдения индивида, некоторые авторы предположили, что многие успешные исторические личности, вероятно, имели синдром Аспергера, включая Альберта Эйнштейна, Моцарта, Томаса Джефферсона, Бенджамина Франклина и Марии Кюри. Конечно, окончательный диагноз исторических фигур с синдромом Аспергера невозможен, и многие из признаков, проявляемых людьми с этим расстройством, также могут возникать из-за умственной одарённости или даже синдрома дефицита внимания.

Этиология синдрома Аспергера неизвестна. У некоторых детей с расстройством были случаи осложнений в пренатальный и неонатальный периоды и во время родов, но связь между акушерскими осложнениями и синдромом Аспергера не подтверждена.

Неблагоприятные события в пренатальном, перинатальном и послеродовом периодах могут увеличить вероятность развития синдрома Аспергера. В шведском исследовании были зарегистрированы негативные перинатальные инциденты примерно у двух третей из 100 мужчин с синдромом Аспергера, а у матери наблюдались инфекции, вагинальное кровоизлияние, преэклампсия (поздний токсикоз) и другие критические эпизоды во время беременности. Неизвестно, является ли синдром следствием или причиной перинатальных осложнений в таких случаях.

Исследования мозга с помощью визуальных методов показали, что существуют структурные и функциональные различия в определённых областях мозга между лицами с синдромом Аспергера и теми, у кого он отсутствует.

Изучение истории семей, в которых у нескольких членов есть синдром Аспергера, позволило предположить, что имеется генетический вклад в развитие расстройства.

Исследования показали, что несколько генов, вероятно, задействованы в расстройстве спектра аутизма. У некоторых детей синдром Аспергера может быть ассоциирован с генетическими нарушениями, такими, как синдром Ретта (тяжёлая патология ЦНС) или синдром Мартина-Белл (синдром хрупкой Х-хромосомы). Кроме того, генетические изменения могут увеличить риск развития расстройства спектра аутизма или обуславливать степень тяжести симптомов.

Экзогенный фактор

Влияние окружающей среды имеет определённое значение. Несмотря на то, что некоторые семьи по-прежнему обеспокоены тем, что вакцины и/или консерванты в них могут играть некоторую роль в развитии синдрома Аспергера и прочих расстройств аутистического спектра, эксперты дискредитировали эту теорию.

Эпидемиология

Из-за различий в критериях диагностики оценки распространённости синдрома Аспергера широко варьируются. В различных исследованиях из США и Канады, например, сообщалось, что коэффициент варьировался от 1 случая на 250 детей до 1 на 10 000 человек. Необходимы дополнительные эпидемиологические исследования с использованием общепринятых критериев и скринингового инструмента, который ориентирован на эти параметры.

Исследование населения в Швеции выявило распространённость синдрома Аспергера: 1 случай на 300 детей. Эта оценка является убедительной для Швеции, потому что полная медицинская документация доступна для всех граждан этой страны, и население очень однородно. Однако в других частях мира, где ни один из этих факторов не может применяться, распространённость может быть совершенно иной.

Как и Швеция, другие скандинавские страны хранят медицинскую документацию своего населения и, таким образом, являются уникально подходящими местами для проведения эпидемиологических исследований. Сопоставимые исследования не всегда могут быть легко выполнены в других частях мира. Например, в Нью-Йорке многие жители являются иммигрантами, и не всегда можно получить медицинские записи из страны их происхождения.

Однако синдром Аспергера может быть более распространённым, чем когда-то думали исследователи. Педиатры, семейные врачи, врачи общей практики и другие медицинские работники могут недооценивать это расстройство. Члены семьи иногда приписывают признаки синдрома Аспергера индивидуальным особенностям ребёнка.

Синдром Аспергера у детей не имеет явной расовой склонности. Оценённое соотношение между мальчиками и девочками составляет примерно 4:1. Однако исследования показывают, что расстройство не следует рассматривать как мужское заболевание.

Синдром обычно диагностируется в ранние школьные годы. Реже он выявляется в раннем детстве или у взрослого человека. Тем не менее возможно существование некоторого количества взрослых с синдромом Аспергера, у которых отличные навыки осознания и адаптации, а их поведение соответствует ожиданиям общества. Заболевание в этом случае никогда не диагностируется в течение их жизни.

Прогноз

У детей с синдромом благоприятный прогноз, когда они получают поддержку от членов семьи, хорошо осведомлённых о расстройстве. Эти индивидуумы могут обучаться конкретным социальным ориентирам, но, как предполагается, основные социальные нарушения будут пожизненными.

У лиц с болезнью Аспергера наблюдается нормальная продолжительность жизни; однако у них более распространены сопутствующие психические заболевания, например, депрессия, расстройства настроения, обсессивно-компульсивное расстройство (невроз навязчивых состояний) и синдром Туретта (нервно-психическое расстройство). Коморбидные психические расстройства (взаимосвязанные заболевания), когда они присутствуют, существенно влияют на прогноз.

Депрессия и гипомания (мания в лёгкой степени) распространены среди подростков и взрослых с синдромом Аспергера, особенно с семейной историей этих состояний. У людей, ухаживающих за лицами с этим заболеванием, также может быть склонность к депрессии.

Повышенный риск самоубийства наблюдается у лиц с этим синдромом. Этот риск возрастает пропорционально количеству и тяжести сопутствующих заболеваний. Во многих случаях суицида синдром Аспергера у человека не диагностирован, так как уровень осведомлённости о состоянии часто невелик и методы, используемые для его идентификации, часто оказываются неэффективными и ненадёжными. У людей с этим расстройством, которые совершают самоубийство, часто есть другие психиатрические проблемы.

Симптомы

Симптомы индивидуума варьируются от лёгких до тяжёлых.  Также будет разным уровень функционирования у каждого ребёнка. У детей могут быть все или только некоторые из описанных ниже характеристик. У них возможно будет больше проблем в неструктурированных социальных условиях или в новых ситуациях, связанных с навыками решения коммуникационных задач.

Социальные проблемы

Дети с синдромом Аспергера испытывают трудности в общении со сверстниками и могут быть отвергнуты другими ребятами. У подростков с расстройством обычно развивается депрессия, и они чувствуют себя одинокими.

За пределами общения с ближайшими родственниками пострадавший ребёнок может проявлять неуместные попытки инициировать социальное взаимодействие и подружиться с окружающими людьми. Дети с синдромом могут бояться демонстрировать искренние желания общаться со сверстниками. Но члены семьи могут научить такого ребёнка выражать свою любовь к родителям с помощью многочисленных репетиций на протяжении многих лет.

Бывает, что пострадавший ребёнок не может проявлять привязанность к родителям или другим членам семьи.

У детей с синдромом Аспергера имеются особенные и узкие интересы, они исключают другие виды деятельности. Эти интересы могут иметь приоритет над их отношениями со своей семьей, школой и сообществом.

Перемены в повседневной жизни ребёнка (развод родителей, смена школы, переезд,) может также усугубить тревогу, депрессию и другие психологические нарушения.

Пострадавшие дети очень ограниченно используют жесты. Язык тела или невербальное общение могут быть неуклюжими и неуместными. Мимика может отсутствовать. При ответе на вопросы у ребёнка обычно возникают ошибки. Эти дети часто дают неуместные ответы.

Нарушения речи и слуха

У детей с синдромом Аспергера наблюдаются некоторые аномалии в речи и языке, включая скрупулёзную речь и странность в подаче, интонации, просодии (постановка ударения) и ритме. Непонимание языкового нюанса (например, буквальные интерпретации оборотов речи) является обычным явлением.

У детей часто наблюдаются практические проблемы речи, в том числе:

  • неспособность использовать язык в социальных контекстах;
  • прерывание речи другого человека;
  • неактуальные комментарии.

Речь бывает необычно формальной или трудной для понимания других людей. Дети могут озвучивать свои мысли без цензуры.

Объём речи может сильно различаться и отражать текущее эмоциональное состояние ребёнка, а не требования к коммуникации в социальной сфере. Некоторые дети могут быть разговорчивыми, другие молчаливые. Более того, один и тот же ребёнок может демонстрировать как многословность, так и стойкое молчание в разное время.

Некоторые дети могут проявлять селективный мутизм (отказ от говорения в определённых ситуациях). Некоторые могут говорить только с теми, кто им нравятся. Таким образом, речь может отражать индивидуальные интересы и предпочтения личности.

Форма выбранного языка может включать метафоры, которые имеют смысл только для говорящего. Сообщение, что-то значащее для оратора, может быть не понято тем, кто его слышит, или оно может иметь смысл только для некоторых людей, которые понимают личный язык говорящего.

Дети часто проявляют слуховую дискриминацию и искажение, особенно когда сталкиваются 2 или более человек, говорящих одновременно.

Сенсорная чувствительность

У детей с синдромом Аспергера может проявляться ненормальная чувствительность на звук, прикосновение, боль и температуру. Например, они могут демонстрировать либо чрезвычайно большую, либо уменьшенную чувствительность к боли. Возможна гиперчувствительность к текстуре продуктов. У детей бывает синестезия, когда раздражение в одной сенсорной или когнитивной системе вызывает автоматический, непроизвольный ответ в другом сенсорном режиме.

Задержка моторных навыков

  • видимая неуклюжесть и слабая координация;
  • дефицит визуально-моторных и визуально-перцептивных навыков, включая проблемы с балансом, ловкостью рук, почерком, быстрыми движениями, ритмом.

Несколько факторов затрудняют диагностику синдрома Аспергера. Как и другие формы расстройства спектра аутизма, он характеризуется ухудшением социального взаимодействия, сопровождаемого повторяющимися и ограниченными интересами и поведением; он отличается от других расстройств аутистического спектра отсутствием общей задержки в речевом или когнитивном развитии. Проблемы диагностики включают несогласованность между критериями, противоречие в отношении различий между синдромом Аспергера и другими формами расстройств спектра аутизма.

Педиатр при проверке развития ребёнка может идентифицировать признаки, требующие дальнейшего изучения. Необходима всесторонняя оценка команды специалистов, чтобы подтвердить или исключить диагноз. В эту группу обычно входят психолог, невролог, психиатр, логопед, педиатр и другие специалисты, имеющие опыт диагностики синдрома Аспергера. Комплексная оценка включает неврологический и генетический аспекты с углублённым когнитивным и речевым тестированием для установления IQ. Также сюда включена оценка психомоторной функции, словесных и невербальных способов коммуникации, стиля обучения и навыков самостоятельной жизни.

Скрининг способов коммуникации включает в себя оценку:

  • невербальных форм общения (взгляд и жесты);
  • использования метафор, иронии и юмора;
  • постановки ударения и громкости речи;
  • содержания, ясности и согласованности разговора.

Тестирование может включать аудиологическое исследование, чтобы исключить нарушение слуха. Большое значение имеет выявление семейной истории расстройств аутистического спектра.

Скрининг «понимания чужого сознания»

«Понимание чужого сознания» можно рассматривать как способность постигать смысл психических процессов самого себя и других, что позволяет прогнозировать реакции других людей на обычные ситуации.  У ребёнка с синдромом Аспергера наблюдается недостаток в развитии этого понимания.

У детей с возможными проблемами развития скрининг на «понимание чужого сознания» является важным процессом, который специалист может использовать для выявления некоторых основных поведенческих симптомов синдрома Аспергера. Типичные дети демонстрируют его наличие перед началом школы. Таким образом, неспособность школьного ребёнка выполнить правильно какую-либо процедуру из скрининга указывает на необходимость направить его на дополнительное обследование.

Скрининг «понимания чужого сознания» состоит из двух основных компонентов: моделирование кукольной пьесы и задачи на воображения. Его можно выполнять в кабинете врача и других повседневных условиях, он занимает всего несколько минут.

Моделирование кукольной пьесы

Врач и пациент сидят на противоположных концах стола. Специалист показывает пациенту 2 куклы и называет их, говоря: «Это Света. Это Аня».

Моделирование включает в себя 2 процедуры. Во-первых, врач описывает и показывает Свету, помещая камешек в корзину. Затем удаляет Свету из комнаты и закрывает дверь, оставляя её снаружи. Далее врач описывает и показывает, как Аня вынимает камешек из корзины и помещает его в коробку. Наконец, специалист возвращает первую куклу в комнату и спрашивает пациента: «Где Света будет искать камешек?»

Ребёнок с развитым «пониманием чужого сознания» ответит, что Света будет искать камешек в корзине, куда она положила его перед выходом из комнаты. Если этот ответ получен, процедура заканчивается, и тогда врач может перейти к задаче на воображение.

Ответ «Света будет искать в камешек в коробке» сигнализирует о том, что у ребёнка нет «понимания чужого сознания». Такой ответ указывает на то, что пациент не может отличить разум Светы от своего собственного и, таким образом, не признаёт, что Света отсутствовала и не могла знать, что камешек был перемещён из корзины в коробку. Ребёнок предполагает, что, поскольку он знает, что камешек находится в коробке, Света тоже должна это знать.

Если пациент не отвечает, что Света будет искать камешек в корзине, врач продолжит задавать вопросы, чтобы прояснить понимание пациентом ситуации. Специалист спрашивает пациента: «Где камешек на самом деле?» Как здоровые, так и дети с синдромом обычно утверждают, что камешек находится в коробке. Затем врач спрашивает: «Где был камешек вначале?» Обычный ребёнок и малыш с расстройством заявит, что камешек был первоначально в корзине.

Во второй процедуре врач описывает и показывает, что Света помещает камешек в корзину, затем удаляет её из комнаты и закрывает дверь, оставляя куклу снаружи. Затем специалист описывает и показывает, как Аня вынимает камешек мрамор из корзины и помещает его в карман доктора. Наконец, врач возвращает первую куклу в комнату и спрашивает пациента: «Где Света будет искать камешек?»

Здоровые пациенты с «пониманием чужого сознания» отвечают, что Света будет искать в корзине, потому что именно сюда она последний раз помещала камешек. Если этот ответ получен, врач переходит к задаче на воображение. Если нет, специалист спрашивает пациента: «Где камешек на самом деле?» И «Где был камешек вначале?», чтобы удостовериться в понимании пациентом ситуации.

Задача на воображение

Процедура состоит из 3 частей. В первой врач говорит пациенту: «Закройте глаза и подумайте о большом белом плюшевом медведе. Мысленно сделайте снимок изображения. Вы видите белого плюшевого медведя»?

Здоровый пациент сообщит о том, что он видит изображение большого белого плюшевого мишки. Если пациент этого не утверждает, врач спрашивает: «Что вы видите, когда закрываете глаза?» Если пациент сообщает о каком-либо постороннем изображении, врач спрашивает: «О чём вы думаете?» Здоровый пациент будет с готовностью сообщать об изображении большого белого плюшевого мишки.

Следующая часть задачи — повторение первой части, с заменой медведя на большой красный шар. Здоровый пациент сообщит, что перед ним большой красный шар.

В третьей части задачи на воображение специалист просит пациента идентифицировать первое изображение, визуализированное во время упражнения. Здоровый ребёнок вообразит большого белого плюшевого медведя. Возможность вспомнить более ранний ментальный образ является доказательством наличия «понимания чужого сознания»; таким образом, невозможность распознать свои собственные прежние мысленные образы предполагает отсутствие этого понимания. Соответственно, если пациент сообщает, что первым изображением был красный шар, это свидетельствует о дефиците «понимания чужого сознания».

Лечение

Специального лечения синдрома Аспергера нет. Все вмешательства, описанные ниже, в основном ориентированы на симптоматику и/или реабилитацию.

Выработка надлежащего социального поведения

Учителя имеют много возможностей помочь детям в развитии соответствующего социального поведения. Например, они могут моделировать различные ситуации, требующие определённого действия и поощрять совместные игры в классе. Педагог может показать соответствующие способы поиска помощи, когда ребёнок демонстрирует проблемное социальное поведение в классе. Учителя могут идентифицировать подходящих друзей для детей с синдромом и поощрять перспективную дружбу. Они также помогают детям справляться с социальными ситуациями, осуществляя контроль в перерывах между занятиями, в столовой и вовремя мероприятий на игровых площадках.

Показ видеороликов может способствовать самоконтролю за соблюдением правил в классе. Ребёнок может научиться наблюдать за другими детьми, за социальными сигналами и поведением.  Поскольку смена школы, классной комнаты и преподавателя может усугубить симптомы, необходимо приложить усилия для минимизации изменений в графике и образовательной среде пациента.

Реализация коммуникационных и языковых стратегий

Детей с синдромом Аспергера можно научить говорить фразы для определённых целей (например, открытие беседы). Их также рекомендуется научить искать разъяснения, спрашивая людей перефразировать запутанные выражения. Их следует поощрять просить, чтобы сложные инструкции повторялись, упрощались, разъяснялись и записывались.

Педагоги, используя моделирование, могут научить пострадавших детей тому, как интерпретировать чужие разговорные сигналы, чтобы отвечать, прерывать или изменять темы. Поскольку интерпретация метафор и фигур речи часто затруднена, воспитатели должны объяснять эти тонкости языка, когда они возникают. При передаче серии инструкций ребёнку с синдромом Аспергера необходимо делать паузу между каждым отдельным пунктом.

Ролевая игра поможет детям с синдромом Аспергера научиться понимать намерения и мысли других людей. Пострадавших детей следует поощрять останавливаться и думать, как будет чувствовать себя другой человек, прежде чем действовать или говорить. Их можно научить воздерживаться от произнесения каждой мысли.

Некоторые дети с болезнью Аспергера обладают хорошим наглядно-образным мышлением. Этим детям рекомендуется объяснять всё с помощью диаграмм и других иллюстраций.

Поощрение специальных навыков

Дети с синдромом Аспергера могут часто сосредоточиться на занятиях в течение нескольких часов без перерывов и продолжать эту концентрацию ежедневно в течение многих лет. Например, многие дети отказываются от занятий на музыкальном инструменте даже на несколько минут в день, а ребёнок с синдромом может наслаждаться ежедневными упражнениями часами.

При правильном обучении таланты детей с синдромом Аспергера могут плодотворно развиваться. Соответственно, в раннем возрасте полезно выявлять и развивать особые интересы и способности ребёнка (например, к музыке или математике). Эти таланты также помогут ему заслужить уважение от одноклассников.

Родители и учителя должны применять творческие подходы к раскрытию навыков, способностей и талантов детей с болезнью Аспергера. Для развития таких талантов необходимо квалифицированное обучение.

Заключение

Иногда, когда люди слышат, что у ребёнка есть синдром Аспергера, их первый ответ будет чем-то вроде: «Но он выглядит совершенно нормальным». Это ошибочно и невежественно, потому что нет ничего ненормального или нетипичного в отношении ребёнка с синдромом Аспергера. У этих детей могут быть трудности с взаимодействием или другие проблемы, но во многом он такой же, как и любой другой ребёнок. Им просто нужен кто-то, который покажет им путь и поможет вписаться в общество.

kroha.info

«Это общее офигевание от всего мира». Как живут россияне с синдромом Аспергера

Синдром Аспергера — официально несуществующее в России заболевание, которое часто путают с аутизмом из-за отсутствия четких критериев диагноза.

В детском и подростковом возрасте Аспергер диагностируют вместе с полным и разнообразным перечнем расстройств аутистического спектра (РАС). К совершеннолетию 60 % обладателей этого расстройства социализируются, и психиатры удаляют отметку о заболевании из карточки пациента, позволяя ему жить дальше, как обычному человеку. 40 % переходят в разряд клинических аутистов, и в дальнейшем их лечат уже от полного аутизма.

На Западе достаточно давно признано существование множества вариантов расстройств аутистического спектра, весьма далеких от классического аутизма. Впервые упомянутый в 1944-м, в 1992-м синдром Аспергера попал в Международный список классификации болезней. В России на официальном уровне в медицине он не признан до сих пор, а статистика по РАС не ведется. Для сравнения: в США 1 ребенок из 68 считается обладателем какого-либо расстройства аутистического спектра.

Синдром Аспергера — комплекс необычных свойств психики и личности, обусловленных генетическими особенностями человека. Он выражается по-разному, чаще всего — трудностями в социализации, общении с другими людьми и когнитивными дисфункциями.

Вылечить синдром невозможно, но облегчить связанные с ним проблемы при помощи терапии удается почти всегда, особенно если оказать помощь в первые 20 лет. До 2016 в России это ложилось на плечи отдельных психиатров, работающих с детьми и подростками, и некоммерческих организаций, таких как «Наш солнечный мир», затем при поддержке Министерства образования была создана централизованная система для помощи детям.

Взрослым приходится справляться с расстройством самостоятельно. Большинство российских аспи (так называют себя обладатели синдрома) учатся жить в социуме по переводным статьям на крупнейшем ресурсе для себе подобных или ходят к частным психиатрам. Часто они получают медикаментозное лечение от сопутствующих психических расстройств: 41 % высокофункциональных обладателей РАС страдают от депрессии, по 9 % — от шизофрении и биполярного расстройства, 8 % — от тревожного расстройства, а также зачастую от галлюцинаций, маний и ОКР.

Взрослые аспи редко посещают групповую терапию и почти никогда не заявляют о себе публично, но корреспонденту «Ножа» удалось разговорить одну обладательницу синдрома Аспергера, и мы можем узнать всю правду из первых уст.

— Самый первый и важный вопрос: можете ли вы подсчитывать упавшие спички, как Рэймонд в «Человеке дождя», или обладаете эйдетической памятью, как Шелдон из «Теории большого взрыва»?

— Наверное, вы не удивитесь, но это действительно почти всегда самый первый вопрос, который мне задают, когда узнают о моем диагнозе. Ответ на него: нет, и даже лазером из глаз я стрелять не умею. Более того, практически ни один обладатель синдрома Аспергера не обладает такими талантами.

У нас, как правило, достаточно высокий интеллект и большая усидчивость и внимательность по сравнению со всеми остальными, что особенно заметно в детстве. Мы можем быстрее читать и легче учить иностранные языки и другие вещи, потому что меньше отвлекаемся на некоторые вещи, которые мешают обычным детям.

Рутинную и монотонную работу тоже часто выполняем с большей охотой, потому что в ней может быть особая прелесть. Но суперспособности — это уже савантизм. Я, кстати, не думаю, что в «Человеке дождя» показан человек с синдромом Аспергера, там вполне себе классический аутизм. Мы более «человекоподобны», если так выразиться.

Вот я говорю всё «мы» да «мы», но это не совсем правильно. Я могу по-хорошему говорить только за себя и про тех людей, которые встречаются в группах поддержки в интернете с таким же диагнозом, чаще всего самопоставленным. Между тем каждый аспи уникален, как снежинка. Нет, не как снежинка, конечно, — сейчас поточнее и не такое банальное сравнение найду. Вот представьте, что вы пытаетесь кому-то в двух словах описать всех шизофреников — кошмар, вот с кем я себя сравниваю! но это метафора, — и тех, кто мнит себя Наполеоном, и тех, кто молчит носом к стенке, и тех, кто топором кого-то рубит. Десятки, сотни уникальных и непохожих случаев, среди которых можно выявить какие-то общие тенденции, но которые всё равно всегда будут верны лишь для части шизофреников, но не для всех и каждого. Вот и с аспи так: тенденции общие есть, а проявляться они могут не все, в разной степени и по-разному. Я про себя буду рассказывать, а если что-то еще про всех знаю, чего у меня нет, то дополнительно сообщу.

— У вас тоже самопоставленный диагноз?

— Нет, я одна из немногих, кому его поставили профессионалы, но первые шаги, конечно, были сделаны самостоятельно. Обычно аспи отлавливают в детстве, сейчас уже даже бдительные мамаши научились их отличать и вовремя консультироваться с психологами. До шести лет еще не очень понятно, а вот в шесть все и палятся. Мне уже за тридцать, так что детство выпало на девяностые: тогда множество детей росли, как сорная трава, я тоже. Никто и не заметил, что со мной что-то не так. В детский сад не устроили, закинули в деревню к бабушке, где было 5 жилых домов и 10 дачников на лето. Там чем более тихий и замкнутый ребенок, тем бабкам проще — не надо присматривать, можно смело атаковать картоху в огороде и не волноваться. А когда к школе вернулась в город, так любую странность списывали на то, что в деревне росла, одичала среди грядок.

Ужасное детство, если честно, наполненное тихим сумасшествием.

Мне казалось, что все вокруг знают какие-то скрытые правила поведения и вещи, а мне об этом рассказать забыли. Постоянно чувствовала себя не в своей тарелке, страшно мучилась.

Спасали книги — рано научилась читать, малое количество жестоких детей вокруг (да и вообще детей) и обезьянье копирование. Слепо копировала всё, что только можно, чтобы «сойти за своего». Иногда прокатывало, иногда нет. Детишки дачников, когда на лето приезжали, немного меня сторонились, разыгрывали постоянно, я наивная была и простая, как пять копеек. Знаю, что почти все аспи такими и остаются — либо вырастают в вечно недоверчивых параноиков, как я теперь. Что ни скажут, вообще всему верила, никак не могла понять, как можно нарушать установленные правила.

Ведь есть же правило: «не ври» — такое же, как «не убий». Не вижу между ними разницу до сих пор и не понимаю, как люди ее определяют. Нельзя ни то, ни другое. А если можно «ври», значит, можно и «убий».

Я вообще тогда всё буквально воспринимала. Один раз мама повела меня в поликлинику делать укол под лопатку. Врач дала горькущее лекарство целую ложку, вроде как обезболивающее, но не сказала, что его нужно проглотить. Я его так во рту и держала — и пока укол больнючий делали, и когда из поликлиники вышли, и когда на трамвай сели. Уже к подъезду подходили — мама спохватилась, что это я молчу и только слезы из глаз немного капают, лекарство-то горькое. Догадалась, что я всё еще эту дрянь во рту держу, «спасла» приказом проглотить и так мне всыпала за то, что я дурочка, что вообще я света белого не взвидела.

Потом похожий случай был, когда она решила меня отдать в спецшколу для одаренных детей, я ведь в целом умненькая была, читала много, считала хорошо и все эти простые штуки легко делала. Но в спецшколу был экзамен. Там тетка, и без того напугавшая меня до полусмерти своей незнакомостью, подняла скатерть со стола, где лежал всякий хлам, ткнула когтем в середину и сказала: «Смотри». Я и смотрела, как дурак, целую минуту в одну точку, стараясь не моргать. Потом она стол закрыла скатертью и говорит: «А теперь назови предметы, которые ты запомнила». Вот те на! Надо было предметы запоминать! Она же не говорила этого! Естественно, я так старалась хорошо и качественно смотреть в одну точку, что ничего и не назвала. Выгнали меня с этих экзаменов с презрением.

Вот, начала рассказывать, и ушла не в ту степь. Я же про диагноз начала говорить. В общем, в детстве меня с диагнозом проворонили, да и семья у меня была многодетная, не из тех, кто будет нянькаться с такими нюансами. Руки-ноги есть, значит, хороший ребенок. В школе было очень трудно, и я начала подозревать, что со мной что-то не то. Никому не говорила, конечно.

Начала читать книги и долго думала, что я то ли социопат, то ли социофоб, то ли вообще психопат. Кому в подростковом возрасте не лестно себя таким считать?

Когда была возможность проходить тесты — проходила, но без настоящего психолога от них толку-то. По онлайн-тестам вон вообще сейчас что ни пройди, так ты и биполярник, и шизофреник, и кто только не.

Когда мне было 20 лет, поехала в Германию на полтора месяца, а там у моего знакомого отец оказался практикующим психологом. Он меня за секунду засек, что я не поддерживаю зрительный контакт, хотя обычно люди этого не замечают, и закидал вопросами, а потом попросил пройти с ним пару тестов в кабинете и поговорить. Сказал, что у меня синдром Аспергера с достаточно высокой социализацией, но надо всё равно получить соответствующие бумаги в России для помощи. Я тогда долго ему не могла втолковать, что в России вообще такого синдрома вроде как и нет, а если бы и был, то от бумаг стало бы только хуже. У нас же на любых не таких, как все, смотрят косо, как на чумных. Ни работу не найдешь потом, ничего.

— Как вам удается не поддерживать зрительный контакт? Можете объяснить, почему не поддерживаете?

— Объяснить, конечно, не смогу. Это неописуемое ощущение. Скажем так, мне физически некомфортно, если я кому-то смотрю в глаза. До тошноты, до нервного тика.

Может быть, именно этой физиологичностью аспи и отличаются от просто интровертов или робких — неприятие всегда не просто на психологическом уровне идет: если слишком себя пересиливать и пытаться ломать, то наступает перегорание.

Могу просто упасть и лежать на полу полчаса, а потом встать и жить дальше как ни в чем не бывало. Или не разговаривать пару дней.

Смотреть в глаза не всегда удается еще и потому, что если я себя силой и заставлю, то на это действительно все силы и уйдут: уже не хватит внутренних ресурсов, чтобы поддерживать беседу или слушать даже, что мне говорят.

В детстве страшно мучилась от этого, а потом придумала «военную хитрость». Смотрела либо на нос человека, либо на его рот. Попробуйте как-нибудь — у собеседника остается полное впечатление, что вы внимательнейшим образом его слушаете, глядя прямо в глаза. Может быть, я поэтому и лица плохо запоминаю, что не вижу их целиком, а только рты да носы по частям. Хотя, говорят, лицевая слепота у аспи вообще часто встречается.

Я и себя не узнаю на фото, и родителей могу не узнать или близких, если они неподвижно стоят. Выдают походка, жесты, какие-то характерные мелочи. Вообще, много мелочей замечаю, но общую картину часто трудно собрать.

Один раз было смешно: я смотрела видео со свадьбы брата и смеялась над тем, как там все по-дурацки выглядят. Одного человека вообще высмеяла очень жестко, а потом присмотрелась к одежде и поняла, что это была я сама.

— Какие еще характерные особенности человека с Аспергером вы можете выделить?

— Общее офигевание от этого мира. Такое ощущение, что мир создан для людей с определенной операционной системой, идеально под него настроенной, например Windows, а я в этом мире типичный MacBook. Или даже Linux. Мне вообще кажется, что аспи ничем от остальных не отличаются, просто у нас по другим программам и проводам вся кодировка идtт, поэтому взаимонедопонимание всегда возникает.

Я вот совершенно не понимаю условностей и их необходимости. Социальные договоры, «поглаживания», приветствия, «как у тебя дела». Пустая трата времени и очень скучная, но, поди ж ты, не поздоровайся с кем-то — и обида на всю жизнь.

Понимаю, например, что можно собраться и устроить праздник с тортиком и подарками, но не понимаю, какой смысл поздравлять кого-то по телефону. Это всё дикие и нелогичные для меня вещи, но я их выполняю, потому что надрессирована. Мне во многом книги помогли по психологии, Эрик Берн особенно. Я всё равно считаю социальные танцы глупостью, но соблюдаю, чтобы люди не тратили еще больше моего времени, выясняя, почему я не хочу его лишний раз тратить. А я вообще жадная до времени, я даже сериалы смотрю на двойной скорости.

Совершенно не чувствую разницы между людьми с разным цветом кожи, религией, половыми предпочтениями и другими вещами, которые в обществе маргинализируются или выделяются.

Очень плохо считываю эмоции и подтекст, не всегда понимаю жесты и мимику. Тут опять же пришлось учиться по книжкам.

Сама я эмоции вполне испытываю, но у меня какой-то переходничок отсутствует и по умолчанию не транслирует их на лицо. Приходилось учиться специально перед зеркалом изображать удивление, заинтересованность и так далее, потому что у меня всегда покерфейс.

Когда вижу себя на видео, то понимаю, что даже переигрываю, мимика — как у мультяшки, утрированная, но ничего. Люди считают это изюминкой. Сейчас уже так натренировалась, что это практически на автомате выходит, но всё равно помногу трудно с людьми общаться, все силы уходят на то, чтобы изображать нормального человека. Кстати, если меня сильно напугать или сделать что-то, на что надо быстро отреагировать, то я так с покерфейсом и останусь, хотя внутренне штаны обмочу. Не успевает очень быстро реагировать лицо, и в целом я почти всегда кажусь флегматиком, хотя всё совсем не так.

Знаю, что у многих аспи бывает обессивно-компульсивное расстройство и всякие мелкие ритуалы. У меня такого нет почти, разве что на нервной почве появляются мелкие тики: я всё время смотрю на часы или на дверь, закрыта ли она полностью. Зато прекрасно понимаю, почему это частое явление: правила успокаивают в этом хаотичном мире, а любой ритуал или ОКР — это правила. Я когда-то в школе тоже успокаивалась благодаря правилам: брала учебник по черчению и вычерчивала разрез какой-нибудь особенно сложной детали. Когда всё множество шагов сделаешь, тонкий карандаш, потом толстый, тут столько-то миллиметров — настоящий кайф, островок упорядоченности в этом море непонимания.

Самая главная беда — конечно, чувство юмора. Шуток я долгое время не понимала вообще, как и почти все люди с Аспергером.

Потом поняла, что с шутками шутить не стоит, за ними всегда можно спрятаться от мира, отбиться от назойливого собеседника, да и сами они как волнительные загадки, если не очень глупы. Начала их внимательно изучать, и это было одно из самых трудных дел в моей жизни. Но сейчас открою секрет, от которого взвоют все остряки мира: юмору можно научиться, а чувство юмора в себе развить, даже если ты к нему никак не приспособлен изначально.

Юмор похож на математику, если изучить тысячи образцов, то начинаешь видеть, какие в нем внутренние схемы и схожие приемы, по какому принципу (точнее, по десяткам разных принципов и систем) могут формироваться шутки. Сначала просто впитываешь в себя тонну информации, потом робко и неловко шутишь поначалу, пугаешься, но ничего с тобой не случается, гром не гремит, земля не разверзается под ногами. Шутишь всё чаще и чаще, видишь удачные варианты, запоминаешь… И всего через 10–15 лет тяжелого ежедневного труда ты уже делаешь это на автомате и считаешься человеком с чувством юмора!

— Вам действительно нелегко. Что труднее всего делать из того, что обычному человеку дается в два счета?

— Общаться труднее всего. Нужно применять так много навыков, знаний, маскировок, схем, что мозг глупеет на глазах. И чем больше человек в компании, тем тяжелее, так что все аспи — жесткие интроверты. Впрочем, один на один тоже тяжело и неловко, лучше всего общаться с парой друзей, чтобы часто иметь возможность молчать и просто слушать.

Разговор в таком случае выглядит как сложно просчитанная стратегия, настоящая битва, где требуются все ресурсы, даже если разговариваешь с закадычными друзьями. Хотя их у меня мало, я с трудом завожу новые знакомства. Старых связей придерживаюсь до тех пор, пока это возможно, хотя это зачастую мучительно. Когда мне стукнуло 25, так все вокруг резко переженились, ушли по семейным гнездам, завели детей — и мне в этой жизни места не осталось вообще. Вот тогда я запаниковала.

Совершенно не могу фотографироваться. Плохо себя чувствую, паникую, почти всегда убегаю.

Нет, я не дремучая деревня и не думаю, что фотоаппарат украдет мою душу, просто я себя плохо представляю, не люблю смотреть в зеркало, не хочу видеть фотографии, а значит, и делать их.

Случайные социальные стычки с людьми тоже неприятны на физическом уровне. Я всегда выберу автоматическую систему, заказ онлайн, доставку или что-то такое, только чтобы не говорить с людьми, даже с какими-нибудь официантами. Хотя если есть понимающие друзья или вторая половина, то это эту «пыль» для них и тяжелое дело для меня берут на себя без лишних слов.

А вот однажды у меня был парень — нежный и заботливый, но непобедимый упрямый экстраверт. Он был убежден, что никакого Аспергера не существует, а весь этот социальный дискомфорт — что-то вроде насморка или нетренированных мышц пресса, так что если «прокачать систему», то всё пройдет.

И он специально меня бросал на амбразуру и заталкивал в разные социальные ситуации, доводя до паники и истерики. Из-за этого и расстались.

С друзьями тоже почти уже не общаемся. Все, которые появились во время социальной активности в юные годы, разбежались по семьям. Новых я почти не завожу, большую часть времени сижу дома. Наверняка большинство аспи — еще и хикикомори.

— А как же работа?

— Слава богу, на дворе XXI век. Первый опыт набивала трудно, по офисам, через не хочу. А теперь можно фрилансить на полную катушку или работать по удаленке.

В офисах было некомфортно. С начальниками обычно сходилась легко, про Аспергер никогда не говорила, а им и неинтересно: лишь бы работала хорошо. Работаю я действительно хорошо, даже слишком, так как график не забиваю социальной ерундой. За полдня всё сделаешь, а потом маешься в офисе от безделья. С коллективом же всегда было хуже. Как я ни старалась влиться, всегда будто невидимая стена между нами висела. Такая неловкая тишина в моем присутствии, как будто я вокруг себя ауру странную распространяю. Естественно, о диагнозе тоже никогда не говорила, хотя коллеги всё чувствовали. Но тогда бы они вообще меня измучили, как обезьяну в зоопарке.

Вообще, интернет для аспи — спасение. Тут можно общаться и не париться из-за кучи социальной и физиологической ерунды. Можно найти группы по интересам, а интересы для нас всех — самое главное.

Из обладателей Аспергера получаются отличные зануды, задроты и нёрды по разным тематикам. Я вот люблю хоррор-фильмы, особенно азиатские, собак (могу различить несколько сотен пород на вид или по описанию) и литературу (читаю примерно 150 книг в год).

В группах поддержки с другими аспи не сижу, хотя если бы имела к ним доступ будучи моложе, то зависала бы чаще и искала там информацию. Так до всего приходилось доходить самой. Один раз попробовала сходить в группу поддержки реальную, но испугалась перед самым входом и ушла, увидев постоянных обитателей. В основном мужчины, кстати. Женщины гораздо проще социализируются с любым Аспергером, и я не удивлена, что единственный полный аутист, который смог успешно социализироваться — Тэмпл Грандин — тоже женщина.

Я «со стороны» могу сказать, что, как ни крути, с феминизмом и равенством, но, с моей точки зрения, мужчины и женщины — совершенно разные. С женщинами мне общаться гораздо сложнее, потому что условностей и каких-то социальных расшаркиваний в разы больше. Да и интересы почему-то реже совпадают, хотя я не могу назвать себя хоть в чем-то маскулинной.

— Если с мужчинами проще, то с личной жизнью всё хорошо?

— Как ни странно — да. Найти вторую половинку всем одинаково сложно, хоть есть у тебя Аспергер, хоть нет. Я свою нашла, и это такая большая удача, которой каждый может позавидовать. До этого был опыт отношений с разной степенью комфорта.

И если меня будет кто-то из аспи читать, то подарю лайфхак. Ребята, если вам нужно себя ущемлять или приспосабливаться под спутника жизни, то вы себя убьете.

Какой бы он (или она) ни был классный, это будет мучить и изматывать, а в итоге повысит градус тревожности и раздраженности, рано или поздно взорвется всё ко всем чертям. Найти понимающего человека реально, хоть и достаточно сложно. Но если у меня получилось, значит, и у остальных получится.

Уже несколько лет в стабильных отношениях, и это прекрасно, потому что избранник берет на себя всю ту мерзкую социальную мишуру, которую я не могу выносить. Сам он при этом вполне себе легко с людьми сходится и общается, никаких синдромов, никакой социопатии или интроверсии даже. Удивительное дело. И мое отношение к браку принял спокойно: я считаю брак еще одной глупой социальной условностью, которой придется заняться только в том случае, если надо будет решать что-то юридически с недвижимостью или детьми. Детей пока не хочу, но не исключено, что когда-нибудь захочу, с ними трудно, но вполне реально для аспи.

Я вообще с детьми прекрасно лажу и одно время даже работала учителем в школе. Казалось бы, совсем неподходящее место для представителя расстройства аутистического спектра. Но с детьми как раз куда проще, чем со взрослыми, да и во мне очень много такого детского, близкого к ним. Работала, как ни странно, с трудными классами, потому что мы с ними тоже хорошо ладили. Тут тоже могу секретом поделиться: достаточно не считать детей маленькими мудаками с недоразвитым мозгом, а относиться к ним как к личностям, и они сразу это просекают — и очень ценят.

— Что сейчас нужно, по вашему мнению, делать для людей с Аспергером?

— Я могу набросать целый комплекс мер, потому что что-то делать надо. Мне повезло, я хорошо социализировалась, не получила никаких психологических травм, удобно нашла свое место в жизни и даже вторую половинку. Большинству так не везет.

Первое. Нужно повысить информированность населения. Синдром не такой уж редкий, и это не аутизм, а что-то, с чем можно и нужно справляться. Очень сильно мешают в этом фильмы и книги, которые мешают полных аутистов и аспи в одну кучу, придавая им какой-то окрас не от мира сего. Мы такие же люди, можем казаться эксцентричными, но если нам помочь социализироваться и понять все эти правила в детстве, то всё будет хорошо.

Второе. Не знаю, как, но нужно работать над отношением людей ко всем людям с расстройствами. Любыми. Я обычно никому, кроме самых близких, об Аспергере не говорю (первое правило клуба Аспергера — никому не говори, что у тебя его синдром), потому что это вызывает какое-то брезгливое ко мне отношение. Кому-то кажется, что я просто выпендриваюсь, потому что в какой-то момент быть шизофреником, биполярником и другим не-таким-как-все стало модным (и вот эту ужасную романтизацию заболеваний и расстройств тоже бы надо вырезать на корню!). Кому-то кажется, что я преувеличиваю и за тридцать с лишним лет жизни не поняла, что это всё ерунда.

Третье. Нужен официальный диагноз для взрослых, помощь в социальной адаптации, начиная с детского возраста. А значит — нужны специалисты-психологи, бюджеты на их обучение и организацию групп, нужны соцработники, чтобы пинками заставляли мамаш тащить своих чад с подозрением на РАС в эти группы. Потому что сами дети не пойдут, даже когда станут подростками, это как собирать клаустрофобов в тамбуре в группу поддержки.

Наконец, было бы просто здорово иметь возможность свободно сказать, что ты есть такой, как ты есть. Но сейчас любые каминг-ауты осуждаются, будь ты хоть аспи, хоть коммунист, хоть кто угодно.

Жить в постоянном дискомфорте из-за этого не слишком хорошо. Я даже родителям до сих пор не могу сказать, что у меня этот синдром, а они столько лет не обращали внимания и просто думали, что у них замкнутый и странный ребёнок в череде детей попроще и поудобнее.

knife.media

Синдром Аспергера – признаки, симптомы, лечение, диагностика

Синдром Аспергера (Asperger syndrome) – одно из так называемых расстройств аутического спектра.

От обычного аутизма синдром отличается тем, что когнитивные и даже речевые способности пациента в целом сохранены.

«Родственными» заболеваниями этого синдрома являются:

  • атипичный аутизм;
  • психоз, раннее детство;
  • высокофункциональный аутизм;
  • синдром Ретта и некоторые другие.

Больных отличают трудности в общении, а также стереотипное поведение и ограниченные интересы. Эти нарушения имеют глубокий характер, препятствующий нормальной жизнедеятельности.

Примечательно, что болезнь эта – врождённая, а значит, она не может появиться в результате развития ребёнка в первые годы жизни. Впрочем, воспитание и окружающая среда существенно влияют на протекание синдрома Аспергера.

О том, как часто проявляется синдром Аспергера в детском возрасте, существуют разные мнения. Статистика говорит о 0,36 – 0,71 процента случаев, однако специалисты приводят совсем другую цифру: по их мнению, симптомы у детей имеются в 30, а то и в 50 процентах случаев. Получается, что синдром Аспергера – очень распространённое заболевание.

Открытый всего лишь в первой половине ХХ века, синдром Аспергера долго не привлекал внимания научных и медицинских кругов. «Странным» детям ставили различные диагнозы, от атипичного аутизма до детской шизофрении, а взрослых считали просто невоспитанными людьми, хроническими неудачниками, беспринципными хамами. Настоящая причина странностей в поведении открылась позднее.

Причины появления синдрома

Синдром Аспергера изучается с 1944 года, однако за это время причины появления синдрома так полностью и не выявлены. Поскольку болезнь имеет врождённый характер, высказывались мнения о её генетическом происхождении. Исследователи отмечали, что у «носителей» синдрома Аспергера родственники также могут иметь признаки, характерные для болезни, чаще всего в более лёгкой форме – например, некоторые нарушения в общении. На это указывал ещё сам Ганс Аспергер, изучавший не только своих юных пациентов, но и их семьи.

Ещё замечено, что расстройства аутического спектра имеют сходную генетическую природу.

Современные исследования показали, что непосредственным механизмом протекания болезни является нарушение нейронных связей в головном мозге – из-за этого управление психической жизнью человека отличается от нормального.

Каковы симптомы болезни?

Проявлений синдрома Аспергера великое множество; в каждой жизненной ситуации обнаруживаются свои «странности».

Однако существуют общие симптомы, указывающие на наличие этой болезни. Их появление можно отметить начиная с 3 летнего возраста. До этого момента ребёнок развивается нормально – в положенное время учится сидеть, ходить, говорить.

Трудности начинаются на более высоких этапах психического развития:

  • Ребёнок не желает идти на контакт с окружающими людьми. Он не общается (или плохо общается) с членами семьи, с товарищами в садике или в школе. Он не проявляет инициативу для знакомства или контакта. Если же контакт состоялся, то больной с Аспергером с трудом понимает эмоции собеседника, не распознаёт оттенки интонации, жесты и мимику; не понимает шутки – обращённую к нему речь воспринимает буквально.
  • Речь больного часто не содержит эмоций, слова произносятся монотонно. Ребенок не может подобрать нужные слова, чтобы объяснить то, что ему нужно. Из-за этого ребёнка считают глупым, в школе ставят низкую оценку из-за того, что он якобы не выучил урок; на самом деле ситуация обратная – он может очень быстро выучить тему (буквально наизусть), однако коммуникативные нарушения мешают воспроизвести необходимое.
  • Если же носитель синдрома Аспергера начинает уверенно говорить, то, как правило, увлекается длинным монологом. Он не понимает, как реагируют собеседники на его речь, интересно им это или нет. Ребенок часто не смотрит в глаза собеседнику, он не делает пауз в своей речи, нужных для того, чтобы слушатели восприняли его слова. Его монолог напоминает воспроизведение звукозаписи. Странным здесь является то, что говорящий вполне осознаёт, что общается с другим человеком.
  • Ещё более странно выглядит речь «аспергера» из-за почти полного отсутствия мимики и жестикуляции. Даже взгляд его во время разговора направлен в пустоту. Такая неестественность позы отмечается даже на фотографиях.
  • Ещё один основополагающий симптом – стремление к порядку. Ребёнок пытается выстроить вещи «идеальным» образом: раскладывает игрушки по цвету, форме, размеру, кладёт предметы на строго определённые места. Если он оставил вещь на одном месте, а затем кто-то переложил её на другое, но совсем рядом, то по возвращении ребёнок может её вовсе не найти. Такое часто проявляется и у взрослых, страдающих синдромом Аспергера.
Читайте также:  Симптомы и лечение вегетососудистой дистонии (ВСД)
  • «Аспергеры» склонны к «ритуальному» поведению: изо дня в день совершают одни и те же действия, живут по строгому распорядку, ходят по одним и тем же улицам и т. д. Многие ритуалы не имеют очевидного смысла – так, ребёнок может складывать и перекладывать кубики, совершать странные телодвижения.
  • Мышление носителей синдрома чаще всего «однозадачное»: они склонны увлекаться каким-то одним занятием и посвящать ему всё свободное время. Увлечение этим занятием со стороны тоже может показаться неким ритуалом, хотя больные отлично разбирается в интересующем его предмете. Точно так же и в разговоре – он не может одновременно говорить о нескольких вещах подряд, предпочитая выбирать одну тему и следовать ей до конца.
  • Обострённые сенсорные ощущения – не частый, но характерный признак синдрома Аспергера. У больного может наблюдаться обострённый слух, очень сильное обоняние, его может раздражать слишком яркий свет, шум. В этом же пункте можно отметить признаки несколько иного рода: у маленького «аспергера» имеется, например, абсолютный музыкальный слух, притом без всяких предварительных занятий музыкой.
  • Физическая неловкость, неуклюжесть. Человеку, страдающему синдромом, сложно даются многие навыки – к примеру, езда на велосипеде.

Перечисленные признаки, конечно, могут наблюдаться и у обычных людей – по отдельности и в результате какой-либо острой ситуации (например, нервного расстройства, усталости, отчаяния).

Говорить о наличии синдрома Аспергера можно в том случае, когда симптомов сразу несколько, они выражены в яркой степени и постоянны.

Диагностика

Выявлять синдром Аспергера – задача на самом деле непростая. Для этого подключаются специалисты из разных областей – психологи, психиатры, неврологи, генетики. Разносторонние исследования нужны по той причине, что проявления синдрома похожи на симптомы других расстройств.

Диагностика у детей

Симптомы у детей важно обнаружить как можно раньше, поскольку это упрощает лечение. Для постановки диагноза проводятся беседы с ребёнком, включающие тесты и игры.

Помимо этого специалист беседует с родителями ребёнка, чтобы получить информацию о его поведении в семье, в школе, во время повседневных занятий. Разговор с родителями позволит выявить и у них проявления синдрома.

Читайте также:  Атрофия мышц

Диагностика взрослых

Синдром Аспергера у взрослых выявить сложнее, поскольку признаки болезни с возрастом меняются. Однако есть ряд методов, позволяющих диагностировать расстройство у взрослых людей. К ним, в частности, относятся стандартные тесты:

  1. 1.Тест. Основан на анализе взгляда пациента. Тест нередко проводят по фото. Как уже говорилось, взгляд человека, страдающего синдромом, ничего не выражает и направлен в никуда.
  2. 2.Тест. Определяет степень эмпатии – эмоционального развития испытуемого. У «аспергеров» показатели этого теста более низкие, чем у здоровых людей.
  3. 3.Тест. Показывает наличие ритуального поведения, «зацикленности».

Лечение

Поскольку синдром Аспергера – это генетическое заболевание «психологической» сферы, то не существует никаких методов его медикаментозного лечения.

Однако существуют препараты, позволяющие лечить сопутствующие болезни – нервозность, депрессию, нарушения сна, невнимательность, склонность к самоповреждению. Некоторые медикаменты могут устранить даже повторяющиеся действия и поведенческие стереотипы.

Основные же способы лечения синдрома Аспергера – немедикаментозные. Они включают когнитивно-поведенческую терапию, эрготерапию, тренинги социальных и коммуникативных навыков. Применяется и лечебная физкультура, которая помогает корректировать координацию движений и улучшить сенсорные навыки.

Детям показаны занятия с логопедом; его задача развить у ребёнка навыки передачи эмоций, научить делать речь яркой и выразительной. Кроме того, необходимы посещения психолога и педагога-дефектолога, которые научат ребёнка ориентироваться в окружающем мире.

В идеале терапия при синдроме должна быть смешанной: психологические, поведенческие и когнитивные методы необходимо сочетать с приёмом поддерживающих препаратов, направленных на улучшение самочувствия пациента.

Лечить синдром Аспергера у взрослых, как и диагностировать заболевание, заметно сложнее, чем у детей. В частности, потому, что взрослые носители болезни уже стали сложившимися личностями, критически относятся к попыткам лечения и часто не считают своё состояние болезнью.

Прогноз

Синдром Аспергера, в отличие от обычного аутизма, не создаёт непреодолимых препятствий к нормальной жизнедеятельности. Слух о высоком интеллектуальном уровне всех без исключения «аспергеров», конечно, не соответствует действительности: по статистике, у большинства носителей синдрома коэффициент интеллектуальности средний.

Однако особенности мышления «аспергеров» таковы, что им проще даются точные науки, в том числе программирование. Именно среди выдающихся программистов наблюдается достаточно высокий процент людей, страдающих синдромом Аспергера. Но и в других областях люди с данным синдромом достигли выдающихся результатов.

Есть мнение, что полностью вылечить синдром Аспергера невозможно, а имеющиеся методы лечения направлены лишь на сглаживание негативных признаков. Однако для жизнедеятельности это не имеет особого смысла, поскольку многие «аспергеры» становятся полноценными членами общества; более того, им легче даются определённые навыки, востребованные в современном хозяйстве – например, системное мышление, быстрый поиск информации; «аспергеры» – честные и аккуратные работники, глубоко увлечённые делом, которым они занимаются.

Это помогает продвигаться по службе, делать карьеру. Нормальный, а в некоторых случаях и высокий интеллект позволяет им самим корректировать и исправлять слабые стороны своего мышления и поведения.

Однако для успешной жизни в обществе многие носители синдрома Аспергера должны часто посещать психолога или психотерапевта. Законы современного мира таковы, что выявляют нарушения, свойственные «аспергерам», и тогда они становятся серьёзной помехой при поступлении в вуз, приёме на работу и в других ситуациях.

Ведь сегодня коммуникативные навыки, гибкость мышления, умение приспосабливаться к быстро меняющимся обстоятельствам ценятся не меньше (а зачастую и больше), чем профильное образование и феноменальные способности в какой-либо области. «Аспергер», способный развиваться в идеальных условиях, испытывают трудности там, где суровые законы реальности не соответствуют идеалу. И здесь психотерапевт окажет неоценимую помощь, научив разбираться в окружающей обстановке.

Проявления синдрома могут быть разнообразными, иногда даже противоположными. Так, для большинства «аспергеров» характерна чрезмерная склонность к порядку, размеренности и аккуратности, однако у некоторых больных наблюдается противоположное – полный хаос, невозможность привести свою жизнь и мысли в порядок.

Одни носители синдрома не желают ни с кем общаться, другие же пытаются контактировать со всеми подряд, не замечая ответной реакции собеседников. И в этом плане прогноз для каждого конкретного случая может быть разным: один «аспергер» может достаточно легко адаптироваться в жизни и стать самостоятельной личностью, а другой всю свою жизнь должен нуждаться в опеке.

Люди, страдающие этим синдромом, могут создавать семьи, хотя немалое количество их остаются одинокими. Если в семье один или оба партнёра – «аспергеры», то они могут испытывать трудности в плане взаимопонимания. Чтобы этого избежать, разговоры партнёров должны быть прямыми, не завуалированными. Сам носитель болезни, впрочем, так и будет разговаривать, а вот его партнёру, если он не страдает синдромом Аспергера, потребуется некоторая тренировка.

Отдельно стоит сказать о детях, страдающих синдромом Аспергера. Даже самые талантливые из них нуждаются в разносторонней помощи – правильном родительском воспитании, наблюдении у специалистов. Не факт, что врождённые таланты помогут юному «аспергеру» самому пробить дорогу в жизни и даже выделиться в школе. В классе такой ребёнок нередко становится изгоем.

Странное поведение становится предметом насмешек, с ним никто не желает дружить и общаться, его обижают, а за хорошие оценки и демонстрирование знаний он получает обидное клеймо «ботаника».

Ученик-«аспергер» может отличаться глубокими знаниями по одному предмету, но резко отставать по всем остальным. Это может выглядеть странным, и учителя считают его проблемным ребёнком. Также на уроке он может заниматься посторонними делами – скажем, писать стихи или рисовать; если учитель делает ему замечание, то ответная реакция может быть непредсказуемой: ребёнок, чего доброго, обидится или вовсе начнёт скандалить.

Кроме того, не все «таланты» ребёнка с синдромом Аспергера действительно разумны и необходимы обществу. Например, ребёнок может запоминать маршруты движения транспорта, номера проезжающих автомобилей и другие несущественные вещи, отдаваясь этому делу с полной серьёзностью. В данном случае необходимо как можно раньше направить способности ребёнка в нужную сторону, попытаться увлечь его, скажем, математикой.

Очень важно не ограничивать ребёнка в обучении и общении, а наоборот – всячески стимулировать его нахождение в нормальном обществе. Перевод ребёнка-«аспергера» в коррекционный класс, изоляция от сверстников – очень большие ошибки, которые могут только усугубить болезнь. Он должен находиться в обычном окружении, однако следует предупредить учителей и одноклассников, что у ребёнка имеются некоторые отклонения в развитии.

Окружающие должны уяснить, что если ребёнок не выражает эмоций и переживаний, это не значит, что он их не испытывает: люди, страдающие синдромом Аспергера, особенно дети, нередко переживают более глубоко, чем их «нормальные» сверстники, вследствие чего они более ранимы.

Видеозаписи по теме

tvojajbolit.ru


Смотрите также